Форум неофициального сайта Николая Цискаридзе

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Вагановка. Цискаридзе. Новая жизнь. Часть 8

Сообщений 631 страница 660 из 677

1

http://sa.uploads.ru/t/tvnok.jpg

0

631

+3

632



ballet flowers
http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/give_rose.gif

+5

633

Q&A WITH OSCAR FRAME

http://s9.uploads.ru/t/XYrg4.jpg

Свернутый текст

Interview by melmoth.blog

Upon graduating from Vaganova Ballet Academy in July, Oscar Frame found himself in a difficult, albeit enviable, position. The young Brit received job offers from both the Mariinsky and the Bolshoi – a happy predicament very few Vaganova graduates, let alone foreign trainees, ever find themselves facing. After some deliberation, Frame settled on the Bolshoi, becoming one of the few foreigners to ever join the company. His position is singular for one other reason: Frame was part of the first Vaganova class to train and graduate under Nikolai Tsiskaridze.

What is your favourite ballet?

I don’t really have a favourite ballet, but I’d have to go with Spartacus (Yuri Grigorovich) as one of the best. A close second would have to be Onegin (John Cranko), I suppose because they both require rather complex acting and expressive capabilities, but Spartacus traditionally needs most of the company to be involved just to get it staged, and I slightly prefer ballets that have lots of dancers on stage at the same time. The famous pas de deux between Spartacus and Phrygia is still my favourite ballet music of all time. Also, Romeo and Juliet because it has everything – fantastic music and such a brilliant story for ballet – the drama is so intense.

What is your dream role?

My dream role at the moment is Romeo because I’d really like to try and conquer it, and it feels as if it fits my abilities on stage both emotionally and in partnering (which I think is a strength). Also, the music is beautiful – Prokofiev is one of my favourite composers.

Do you have a favourite dancer?

My favourite dancer is a really difficult decision – it has always changed over time, partly because I was late to ballet and it’s taken me a long time to catch up with knowledge about the ballet greats. One of my favourites is Vladimir Vasiliev. He was the first Spartacus and, in my opinion, he has never been bettered. I also admire Yuri Soloviev. He was the first dancer I watched in a video on YouTube, so he has a special place in my heart. I feel he was ahead of his time technically and I have found the way he jumps inspiring. My favourite woman is Ekaterina Maximova. It seems to me that she drew out the best from Vasiliev, and her physique and beauty on stage was extraordinary. In terms of current dancers, Roberto Bolle has to be one of my favourites because he has all the qualities needed to be a danseur noble and he is so impressive on stage.

What advice would you give to a child who is aspiring to be a ballet dancer?

It’s not an easy path to take. It doesn’t always go in one direction or the way you thought it would, so although in some ways you have to be really consistent in your training you also have to always be flexible mentally and open to new possibilities. I admire Xander Parish for taking the leap to Russia because I know what amount of strength of will and character that requires.

I would also say that you have to be mentally strong in whatever you do. This means that by the time you reach professional level your perception of what it means to be a ballet dancer will probably have changed completely. But no matter how hard and how long you train and how tough it can be it is one-hundred percent worth it once you get on stage in front of an audience. It’s very important to be thinking two or three years ahead in your training and working out where you want and need to be.

Also, you have to be able to cope with constant criticism and be ready for failure in small and big ways. Whether it’s not being able to get a step right or failing at an audition – you have to just keep going and work with intelligence until you get it right. So I suppose the key attributes are intelligence and resilience (as well, of course, as the desire to dance!).

I remember reading somewhere that sport was your main passion when you were younger. How did you become interested in ballet?

I have never really been sure why I chose ballet over anything else. Yes, I have always, and am still quite an active person when I have the chance to be. I was swimming from about three or two years old, and I started surfing, sailing, and diving later on, as well as cycling everywhere with my family. When I was about ten, I started failing academically because of my dyslexia, and that led to me becoming seriously disinterested in my after-school sports (for which I was vigorously training at the time), and generally had a big impact on my self-confidence. During this time, ballet was the only thing that I didn’t give up. No matter how awful I felt walking out of school, I was always happy to go to ballet classes.

I believe you started your ballet training at Hampton Ballet Academy (UK) when you were eleven. What were those early years like? Do you remember your introduction to ballet training, your first experiences in class?

By the time I started at Hampton, I had already been doing ballet classes in London as a pastime for about a year. I joined because I wanted to continue dancing when my family moved down to the south of England, and we found Judy Breen at Hampton Ballet Academy. I don’t remember much about my first time in a dance class, but I certainly remember the first time in one of Judy Breen’s classes. For the first time there was a structure, a set of rules, and a precise way to do things. This was my first taste of the Vaganova method, and I remember just how well Judy taught me how to discipline myself and gave me the foundations that I needed to start training professionally. I owe a lot to her.

In 2011 you were awarded a scholarship to the Kirov Academy of Ballet in Washington and spent several years in the US. Could you talk a little about your time at the academy?

Yes, the Kirov was the first big leap for me. Going there was strange for me, because I felt very out of my league. I remember one of the first classes with my would-be pedagogue, Nikolai Kabaniaev, and he went around the room asking us who our favourite dancers were as we were holding poses. I was the only one without an answer, because I was just so new to ballet. My time at Kirov was completely different every year. The school made a few administrative changes in my time there, and I ended up having three different teachers over four years, when really I should have only had one. But nonetheless, I learnt from each of them. My first two years were the most intense. Kabaniaev was my first inspiration and, until Tsiskaridze, nobody had really pushed me like he did. He taught me how to work, and from that work, came my love for ballet.

In 2015 you competed in Prix de Lausanne. What was that experience like? Do you have any advice for the young dancers who are thinking about competing in the Prix?

My advice would be to just be ready. I went to the Prix with very little preparation, and when I got there it seemed to me that most of the people had been rehearsing their variations for about a year, whereas I had only rehearsed for about two months. It was very tough work, and it reminded me how much competition was in the world, and I went back to the Kirov Academy with very low self-esteem and an overwhelming sense to try to improve myself.

However, I do think that the Prix is one of the only competitions where the offers given to non-finalists sometimes are almost better in comparison. I didn’t get into the finals because I wasn’t prepared enough, but then there was an audition class at the end of the week where all of the schools, and some companies, would watch all the non-finalists. I remember getting something like fourteen offers from that class. It was really encouraging to know that other places around the world were interested in me, and that essentially was what inspired me to go back determined to work harder and improve so I could achieve the level of the boys I have competed against.

You got to work with several different schools and travelled all over the world, but did you ever wish you could have trained in the UK?

Well, around the time that I was doing the after-school classes in London, which were more or less Royal Academy Of Dance (RAD) style, I was still wondering whether I wanted to continue doing ballet. I auditioned for the Royal Ballet Junior Associates twice, but they didn’t accept me. My interest in ballet only really sparked when I started the Russian training with Judy Breen. After that, nothing really got to me except the Vaganova classes. It was addictive.

Why did you decide to join Vaganova Ballet Academy? What was the audition process like?

I joined on a bit of a whim. I had nowhere to go after I left the academy in Amsterdam, and all I had was a few friends and connections. I happened to be talking, by chance, to one of my old friends from Kirov, Debora Davis, and just talked through what was going on and if she had any advice. Debora talked to her mother, Elena Tenchikova, whom I also knew as a teacher at Kirov, and she called Vaganova Ballet Academy and asked if they could give me an audition. Debora really convinced me that the environment at Vaganova would be ideal for me, and before I knew it my parents had already booked the flight.

The audition process was quite funny. I arrived and went to the academy to meet the woman who would take me to my class, but somehow the times for the class got mixed up, and I ended up having to join in a class that had finished their barre work and were already on big jumps like ferme and sissonne. I had not done a single class for three months prior, and I thought I was done for. Zhanna Ayupova watched me and at the end of the class asked me when I wanted to start. I was at Vaganova a month later not quite realising what I had let myself in for!

You joined VBA in 2016. Many foreign trainees experience culture shock during the first few months at the academy, due to both the language barrier and the pace and nature of the training. What was your experience like?

Yes, well it certainly was different. Not only that, but I joined halfway through the semester, so the school was preparing for the exams and had already started rehearsing for the graduation performance. Learning the language wasn’t too bad in the end, although I spoke no Russian before I left England. It was easy to pick up because I ended up being the only international student in my class, and therefore the teacher (Alexey Ilin) had no real reason to try to demonstrate in English, as some teachers at Vaganova do. My technique was to just nod and say yes, and then figure out what they meant after, which is essentially how I’ve learned up until now. Trying to read the Cyrillic handwriting on the rehearsal and daily class boards was a nightmare.

I followed my new classmates everywhere, and they seemed patient and welcoming enough to let me do that. I never really felt homesick because I was so focused on working hard and getting up to the level of all of my peers. Every hour, I was trying to immerse myself in the culture, trying new foods, and going out shopping, even when I didn’t know how to speak to a cashier at all. I felt really in my zone, and the teachers of the academy were just like my first teachers at Kirov; the ones who really made a difference to my training. I was truly lucky that the boys in my class were so kind to me and treated me like one of them.

Did you have a favourite teacher at VBA? Could you say a few words about them?

There were some truly great pedagogues at Vaganova, but I think my favourite two would be Nikolai Tsiskaridze and Irina Sitnikova. Both of them shared quite a similar ethos, and sometimes Tsiskaridze would hand us over to her when he was absent. She would treat us like we were her own students. Her signature was to make us do grand battements with every combination at the barre. The thing that makes such a difference with them is the work ethic they inspire – when they can just keep on going no matter how late it is or how tired they must be. You simply have to do the same.

During your time at VBA you amassed a stellar repertoire. Is there any role or performance that you are particularly proud of?

Well, the repertoire was tough, and the academy was performing a lot of character pieces for the graduating performances. I think I ended up dancing some less important roles a lot better than the important ones, so I can say that although I’m proud of having danced the Nutcracker Prince, I reckon I probably danced either Pierrot (The Fairy Doll) or Le Conservatoire better.

One of the roles that was the most fun was the soloist with the red cape in the academy’s production of Nijinska’s Bolero. What I really liked about Vaganova Ballet Academy, which is different to other schools, is simply how much performing you do. After January, we were performing The Fairy Doll once or twice a month until the end of the year. Once, I had to step in for a fellow student who was sick, and I had to dance the part of Pierrot, so myself and Pasha (Pavel Mikheev) had a month of performing every weekend with no days off at all. This was alongside exam prep and all the usual classes. Although it was hard, I feel that it was amazing preparation for company life.

In a way, you have already made ballet history, as you were part of the first ever class to train and graduate under Nikolai Tsiskaridze. What was it like to work with him?

It was explosive. In every way. There are so many different aspects to his pedagogy. I read an interview where he described how it was with his teacher, Pestov, and I immediately understood what it was Tsiskaridze was trying to teach us, and why he used some of the same methods as Pestov.

His first key lesson was discipline, not only to your teacher, but to yourself also. He would make us do ridiculous combinations just for fun sometimes, and I distinctly remember a period of time when I was rehearsing the Nutcracker Prince the week before I was due to perform it; I had a couple of days where after the day’s classes and before general rehearsals, I rehearsed my variation about twenty or twenty-five times. He pushed me to the point of total exhaustion and beyond. But this taught me that I had reserves of energy I would never have believed. Sometimes he did this simply by being so terrifying that I didn’t dare to say I couldn’t do it. Other times I just wanted to impress him and my classmates. Either way, I improved faster at Vaganova under Nikolai than at any time since my first years with Kabaniaev. He also made me discover the most important things about the arts, taking us to museums and art exhibitions to explain the history behind the stories, costumes, and even poses involved in ballet. All this whilst rigorously training us in the studio day in and day out. It was explosive.

Your class was very mixed, with almost every young man coming from a different school, city and – in some cases – country. Very few students were Vaganova “natives”. What was it like to train with such a diverse group?

My class with Tsiskaridze certainly was mixed at the beginning of the year. There were three more students than the four that I studied with the semester before with Ilin, and two of them were international students from America and France, both really friendly guys. At the beginning of the year, the tensions were a little high because we were all trying to get used to the new regime of Tsiskaridze, but come December I had the sense that a sort of brotherhood had formed between all of us. There was an independence as the graduating class that we shared, and at the end of the year even more so. We had a wonderful camaraderie that held us together and gave us the strength to do the (frankly terrifying) exam.

The exam on YouTube looks so slick, but when we went out of the doors into the back room we were all lying on the floor gasping and trying to summon up the willpower to stand up and go out again. We had to cheer each other on. I think you can see this towards the end when the worst was over and we started to relax and almost enjoy ourselves (perhaps just from relief, or at least manage to find the energy to raise a bit of a smile). I am really lucky to be going to the Bolshoi with Egor (Gerashchenko), although it’s sad to be leaving the rest of the boys (though I’m very happy for them that they are at the Mariinsky).

Your graduation exam looked, to put it lightly, intense. What was it like preparing for it? Especially that insane frappe combination to Tsfasman’s “Snowflakes”?

The frappe combination, I think, for us really wasn’t one of the worst, but I feel that it represented Tsiskaridze’s way of teaching very well. The day he told us that we had to do the barre without stopping was probably the worst day at the academy. I still remember feeling sick just thinking about it. We had been preparing for the exam since October, give or take, and it really is what our whole class was building up to for the year. It felt a bit like the Odyssey, only the same story every day, and almost every combination had a different correction every time. But then Tsiskaridze would punish us for making the same mistakes in every combination, even if not everybody made the mistakes. We worked as hard as I think we’d worked in our lives, it’s fair to say. Despite having this hard class to rehearse for, we had performance roles to perfect, and other exams to rehearse for. Even sleep was hard to find at times. It was intense, but it was brilliant.

The graduation performance this year was truly outstanding. Could you say a few words about the rehearsal process and your own experience performing on the Mariinsky stage?

Thank you! Yes, I remember my first performance on the Mariinsky stage. It was overwhelming for me to think that I was on the home stage of almost all the dancers I had admired growing up at the Kirov academy. The more performances I did, the more comfortable I was with the stage, and therefore more comfortable with my ability. The stage gave me something to look forward to at the end of the month when times were tough at the academy. I remember after my first curtain call (when the academy did the production of Nijinska’s Bolero), I called my mum straight after in the wings because I was so overwhelmed emotionally. Then, when I did The Nutcracker, my family were there to see me for the first time on a professional stage. Afterwards, my parents and sisters came backstage, which was incredible (my Mum said she hardly managed to watch it because she was so nervous). I was just happy I hadn’t crashed into one of the snowflakes! I only had a week of rehearsals and not even one full stage rehearsal.

I read that you were surprised to receive the job offer from the Bolshoi and were initially hesitant to accept it. What were your plans before you received the offer and what was the reason for your indecision?

The invitation form the Bolshoi was quite overwhelming. Graduating and getting job offers had been something I had thought about and imagined for so long that I couldn’t quite believe it was real. Then, when I had offers from other companies as well, I just had a sudden sense of vertigo. I talked to my parents who just told me to trust Nikolai. They said that he was responsible for the biggest improvement in my dancing in five years and he is my pedagogue, so I should listen to him. It was difficult because I have a huge respect and love for the Mariinsky, most of my dearest teachers are former Mariinsky dancers and most of my best friends were accepting offers there. So this is why the decision wasn’t a speedy one.

Bolshoi has an enormous and varied repertoire. Are there any ballets or roles you are especially excited about?

I honestly don’t know what I might have a chance to perform, but I am very excited to be in pretty much any of Grigorovich’s works. His ballets somehow have the amazing feature of being able to inspire dancers to develop into great artists.

Are there any other companies you’d like to work with?

In the future, I would like to have the chance to work with the Vienna State Ballet, the Royal Danish Ballet and the Paris Opera Ballet. These companies have a respect for the classical works and preserving a particular repertoire that has carried the history and traditions of ballet from the past through to the present day. It would be an incredible honour to perform with companies of such grandeur.

Отредактировано Saga (2017-09-11 05:04:22)

+2

634

Спасибо большое за интервью, уважаемая Saga
Для тех, кто не читает по-английски, я частично перевела:

1.У тебя были любимые учителя в АРБ? Не мог бы ты сказать несколько слов о них?

Там были действительно великие педагоги. Я думаю, что любимыми следует назвать Николая Цискаридзе и Ирину Ситникову. Оба они похожи по духу, и иногда Цискаридзе передавал нас ей, когда он отсутствовал. Она относилась к нам, как будто мы были ее собственными студентами. В ее почерке было заставить нас делать большой батман с каждой комбинацией у станка. То, что отличает их, это  их трудолюбие, которое вдохновляет. Они продолжают работать, не обращая внимания на позднее время или усталость. Вы просто обязаны делать то же самое.
…Что мне очень понравилось в АРБ, что отличает ее от других школ, это то, сколько вы осваиваете ролей. После января, мы исполняли «Фею Кукол» один или два раза в месяц до конца года. Однажды я должен был заменить сокурсника, который был болен, и мне пришлось танцевать партию Пьеро, так я и Паша целый месяц выступали каждые выходные, оставались вообще без выходных. Это было параллельно с подготовкой к экзамену и  всеми обычными классами. Хотя это было тяжело,  это была прекрасная подготовка к жизни в театре.

2. Каково было работать под руководством Николая Цискаридзе?

Это было как взрыв. В любом смысле. В его преподавании так много различных аспектов. Я читал его интервью, где он рассказывал о своем учителе, Пестове. И я понял, чему Цискаридзе пытался научить нас, и почему он использовал некоторые  методы Пестова. Главное его требование на уроке – дисциплина, не только относительно педагога, но и относительно себя самого. Иногда он давал нам смешные комбинации, просто, чтобы развлечь нас. Но я помню и то, как репетировал Принца в Щелкунчике за неделю до выступления. За несколько дней до генеральной репетиции, после классов я репетировал вариацию по 20-25 раз. Он толкал меня вплоть до полного изнеможения и даже более того. Но это показало мне, что  я обладаю таким запасом энергии, о котором и не подозревал. Иногда он делал это так жестко, что я просто не осмеливался сказать, что я не могу сделать это. В иные моменты мне хотелось впечатлить его и моих одноклассников. В любом случае, я прогрессировал под руководством Николая быстрее, чем за все время обучения, начиная с моих первых лет под руководством Кабаньева. Он также открыл мне множество важных вещей в искусстве, водил нас в музеи и на выставки, рассказывал об истории спектаклей, о костюмах и даже о балетных позах. Все это наряду со строгой тренировкой нас в классе изо дня в день. Это было как взрыв. 

3.Ваш класс был очень разнообразный, каково было тренироваться в такой группе?

В классе  Цискаридзе в начале года было еще трое студентов, плюс те четверо, с которыми  я учился ренее у Ильина, двое из них были инострастранцами, из Америки и Франции, очень дружные ребята. В начале года напряжение было немного сильным, потому что мы все пытались привыкнуть к новому режиму Цискаридзе, но уже в декабре у меня появилось чувство: что-то вроде братства сложились между нами. У нас был замечательный дух товарищества, который держал нас вместе и давал нам силы готовить экзамен (честно говоря, страшный).
Экзамен на YouTube выглядит таким гладким, но, когда мы выходили из дверей в заднюю комнату, мы валились на пол, задыхаясь и пытаясь набраться силы воли, чтобы встать и выйти снова. Мы должны были ободрять друг друга. Я думаю, что вы можете заметить это в конце, когда самое страшное уже было позади и мы начали отдыхать и практически сами наслаждаться (по крайней мере, удалось найти силы, чтобы немного улыбнуться). Мне очень повезло идти в Большой с Егором (Геращенко), хотя грустно расставаться с остальными мальчиками (хотя я очень рад за них, что они в Мариинском).

4.Ваш выпускной экзамен выглядел, мягко говоря, насыщенным. Как это было, как готовились к нему?... frappe под “Cнежинки”Цфасмана ?

Комбинация frappe, я думаю, для нас на самом деле не была из тяжелых. Я думаю, что экзамен очень хорошо передает метод преподавания Цискаридзе. Тот день, когда он сказал нам, что мы должны были сделать barre без остановки, наверное, был самый худший день в Академии. Я до сих пор помню, что чувствовал себя больным, просто думая об этом. Мы готовились к экзамену с октября, плюс-минус, и это действительно то, что весь наш класс собирал в течение года. Это  ощущается  немного как "Одиссея", только одна и та же история каждый день, и почти каждая комбинация подвергалась различной коррекции каждый раз. Но потом Цискаридзе стал наказывать нас за одни и те же ошибки в каждой комбинации, даже если не все ошиблись. Мы работали так много, что, думаю, справедливо сказать: так мы не работали в нашей жизни. Несмотря на эти тяжелые репетиции в классе, мы совершенствовали свои роли и готовились к другим экзаменам.  Даже выспаться было некогда иногда. Это была трудно, но это было великолепно.

6.Выпускной спектакль в этом году был поистине выдающимся. Не могли бы вы сказать несколько слов о процессе репетиций и свой собственный опыт выступления на Мариинской сцене?

Спасибо! Да, я помню мое первое выступление на сцене Мариинского. Это было ошеломительно для меня, выйти на эту прославленную сцену. Чем больше я выступал, тем более комфортно  себя чувствовал на ней…

7. Я читал, что вы были удивлены, получив предложение работать в Большом и первоначально колебались, принять ли  его. Каковы были ваши планы, и какова была причина вашей нерешительности?

Приглашение  в БТ было поражающим. Я не мог поверить, что это правда. Потом, когда у меня были предложения и от других компаний, я внезапно почувствовал головокружение. Я поговорил с родителями, они просто сказали мне доверять Николаю. Они сказали, что он стал причиной самых больших улучшений в моих танцах, и он мой педагог, поэтому я должен послушать его. Это было трудно, потому что я чувствую огромное уважение и любовь к МТ, большинство моих дорогих учителей - бывшие танцовщики МТ и большинство моих лучших друзей были приняты туда.  вот почему решение не было быстрым.

Отредактировано ЖИЗНЬ (2017-09-11 21:25:10)

+6

635

ЖИЗНЬ http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/give_rose.gif
Отрадно, что на вопрос о favorite dancer - не было банального ответа с двумя известными беглецами, а два ярчайших представителя московской и питерской школ.
Насчет Спартака - скорее мне бы хотелось увидеть его на сцене Крассом. Может еще и потому, что напоминает внешне А. Волчкова. Что еще нравится в нем - ИМХО слышит музыку.
A Спартак - Егор Г.  http://www.kolobok.us/smiles/standart/smile3.gif

I would like to have the chance to work with the Vienna State Ballet, the Royal Danish Ballet and the Paris Opera Ballet.


Про "родной" Ковент Гарден скромно умолчал.  http://winter-forum.com/Smileys/light_skin/spiteful.gif

I auditioned for the Royal Ballet Junior Associates twice, but they didn’t accept me.

Дай Б-г, всё сложится у него в Большом - проект может получиться гораздо круче, чем канувший в лету, под названием David Hallberg.

Отредактировано Saga (2017-09-11 22:12:09)

+1

636

Дорогие Saga и ЖИЗНЬ, спасибо вам! http://www.kolobok.us/smiles/standart/thank_you.gif

***

А, действительно, где же Холберг?

Когда-то,
http://neworpheus.livejournal.com/37550.html

И все же, как вам на первых порах жилось в Москве?

–  Я – человек очень независимый, живу так, как мне хочется. У меня нет друзей в России. Меня поддерживают, обо мне заботятся, но когда я возвращаюсь домой, отработав 3–5 часов, я остаюсь один. Принимаю ванну или душ и смотрю кино, готовлю ужин. У меня сейчас есть две жизни – в  Нью-Йорке, в AВT, где мне удобно, где у меня есть друзья, где каждый вечер я куда-то выхожу, чем-то еще занимаюсь. И моя жизнь в Москве, где я только работаю.

Я хочу устроить себе в Москве жизнь получше. Мне хотелось бы научиться говорить по-русски, хорошо знать Москву, создать комфортный интерьер в квартире, в которой я живу. У меня очень серьезные намерения в отношении Москвы. Я не могу так – привлечь  к себе внимание, а потом просто взять и уехать обратно в Америку.

Потом,

Дорогие Друзья! К сожалению мне придется покинуть сцену на некоторое время, что бы иметь возможность полностью восстановится после травмы ноги. Но я убежден, что это необходимо сделать, что бы я смог в дальнейшем продолжать танцевать на высочайшем уровне, а главное в полном здравии. Я буду очень по Вам скучать, но я вернусь более сильным и вдохновленным!

Совершенно неожиданным был анонс участия Холлберга в ежегодном конкурсе студентов балетных школ мира Youth America Grand Prix (YAGP -2015)

Но в Гала-концерте, который назывался Legacy («Наследие») он, как танцовщик, участия не принимал, а был его художественным руководителем и ведущим, представляя участников балетных театров мира

Затем,
Возвращение Дэвида Холберга на сцену http://www.buro247.ua/thumb/625x1250_0/images/2017/02/nikelab-campaign-david-hallberg-3.jpg

http://www.buro247.ua/fashion/shooting/ … allbe.html

А далее?..

0

637

BN написал(а):

***

А, действительно, где же Холберг?

А далее?..

Судя по блогу Мелмота, Холберг недавно начал работать премьером то ли в Мельбурне, то ли в Сиднее.

+1

638

Те, кто был на выпускном прошлого года в КД, помнят, конечно, А. Ковалеву:

http://www.bolshoi-theatre.su/novost/id166/
04 августа
Выступление артистов балетной труппы ГАБТ стало одним из наиболее ярких на Фестивале в Линкольн-центре. Артисты порадовали зрителей замечательной постановкой «Укрощение строптивой», а также поучаствовали в праздновании 50-летия легендарных «Драгоценностей», созданных Дж. Баланчиным.
Без всякого преувеличения можно сказать, что настоящим открытием для публики стал дебют балерины Алены Ковалевой в основной партии в «Бриллиантах». В труппу Большого театра она пришла совсем недавно, в 2016 г. Ее выступление поразило зрителей и критиков безупречной техникой исполнения, музыкальностью и изысканностью.
Для балетоманов не является секретом тот факт, что танцевать в бессюжетных балетных спектаклях очень непросто, для этого требуется высокий уровень мастерства и незаурядный талант исполнителей. Все это и продемонстрировала Алена Ковалева, покорив избалованную публику и заслужив немало восторженных эпитетов о своем дебюте в прессе. Партнером балерины по сцене выступил Я. Тисси, для него это тоже был дебют в ведущей партии. Балетоманы высоко оценили искусство танцовщика, его выступление было ярким и запоминающимся!

+3

639

Мин.обр.науки включил Академию им. А.Я. Вагановой в перечень 39 вузов "Экспорт образования".

+3

640

Floshsha написал(а):

Судя по блогу Мелмота, Холберг недавно начал работать премьером то ли в Мельбурне, то ли в Сиднее.


Спасибо, Floshsha.

0

641

У ректора новый класс мальчиков (?).
Поддубняк уже отметил в своём профиле, что он Tsiscaridze's pupil 😸 . Ещё замечен Соболев, и кажется горячий финский парень, который танцевал в Симфонии (весь такой фарфорово-прЫнцевый).

Ссылка

Свернутый текст

https://scontent-lga3-1.cdninstagram.com/t51.2885-15/e35/13126768_1742231056014358_168381293_n.jpg

Отредактировано Saga (2017-09-22 16:33:29)

+1

642

Вот оригинал немножко побольше

+6

643

Академия Русского балета имени А.Я. Вагановой

Как принц из коммуналки стал ректором?
22 сентября в 23.35 на телеканале «Культура» выйдет новая программа «2 Верник 2», первым гостем которой станет Николай Цискаридзе. 19 лет назад, в 1998 году, он тоже был первым героем программы Вадима Верника «Кто там...». Тогда он жил в комнате в коммунальной квартире и как солист балета Большого театра исполнял ведущие партии на исторической сцене...
О прошлом в балете и настоящем, о мечтах и реальности, о буднях ректора, о транзитной жизни между Москвой и Санкт-Петербургом Николай Цискаридзе расскажет в новой программе.

+1

644

Дорогая ГКСЮША, огромное спасибо за анонс передачи. Посмотрела с большим удовольствием, как и любые интервью Николая Цискаридзе, как всегда интересно говорит и прекрасно выглядит.
Дай Бог ему удачи и здоровья, тем более, что он сам очень трепетно и с большим уважением о Боге говорит и старается своими делами построить достойную дорогу к храму (он упоминает замечательный фильм "Покаяние", в котором мудрая старая женщина говорит: "Зачем строить дорогу, если она не ведет к храму?!!!")

0

645

+8

646

Leo PETIT

Первый выход на сцену. Первоклассники! 3-10-2017


_________________________________________________________________

Как первоклассники академии Вагановой проходят посвящение в артисты

Юное дарование, которое с восторгом  8-)  рассказывало о том влиянии, которое оказал на него танец НМЦ, имеет очень запоминающиеся имя и фамилию (я про киногероя известного сериала).

Отредактировано Saga (2017-10-18 16:44:25)

+3

647

Все дети ласточки, доброго пути им в Большой Балет!http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/girl_dance.gif

0

648

Воо...от, сначала приглянулся этот мальчик в ролике, где вручают ученические. А потом уже прочитала в интервью

«Я с детства мечтал танцевать. Когда родители показали мне, как танцует Николай Максимович Цискаридзе, я пришел в восхищение, и мне захотелось так же танцевать», - рассказал воспитанник Академии русского балета Станислав Карпов.

0

649

Olga Morgulets

-------------------------------------------------------------------------------------------

Академию балета Вагановой ждет реставрация почти за 100 млн рублей

Свернутый текст

Почти 100 млн рублей направят на реставрацию здания дирекции императорских театров Академии русского балета им. А.Я. Вагановой, следует из документов, опубликованных на сайте госзакупок.

Согласно опубликованной документации, подрядчику предстоит восстановить дворовые фасады и кровлю здания. Помимо этого, специалисты реконструируют оконные и дверные приборы, паркетные полы, фундаменты, мебель, а также восстановят ковры и гобелены. Кроме того, планируется воссоздать и частично законсервировать деревянную резьбу, керамический декор, мозаики, янтарную кладку, монументальную и станковую живопись, а также скульптуры. Окончание работ запланировано на 2018 год, сообщает телеканал «78».

Финансирование работ пройдет в два этапа: почти 30 млн рублей поступит в 2017 году, остальные 69 млн — в 2018 году. Средства на эти цели выделят из федерального бюджета.

Фасады Академии Вагановой в Петербурге отреставрируют почти за 100 млн рублей

Свернутый текст

Как говорится на сайте госзакупок, работы касаются реставрации дворовых фасадов здания и замены оконных блоков. Строение находится на улице Зодчего России, 2-4 и является объектом культурного наследия федерального значения.

Согласно конкурсной документации, начальная цена контракта составляет 98,5 млн рублей. В ходе работ будут отреставрированы и воссозданы наружные и внутренние декоративно-художественные покраски, штукатурные отделки, лепной декор. Специалисты восстановят кровлю и металлические конструкции, воссоздадут поверхности из искусственного мрамора.

Ремонт также коснется оконных и дверных приборов, паркетных полов, фундаментов, мебели, ковров и гобеленов. Реставраторы воссоздадут и частично законсервируют деревянную резьбу, керамический декор, мозаики, янтарную кладку, монументальную и станковую живопись, а также скульптуру.

Улица Зодчего Росси ведет от Александринского театра к площади Ломоносова и состоит из пяти зданий, построенных по единому проекту с единым фасадом, так что создается впечатление, что на каждой стороне улицы — по одному зданию. Эта улица уникальна своим точным следованием античным канонам — ее ширина равна высоте зданий ее образующих (22 м), а длина ровно в десять раз больше — 220 м. Таким образом, улица Зодчего Росси является самой симметричной в мире.

Здание дома №2 изначально было построено как доходный дом Департамента уделов Министерства императорского двора. В свое время на первом этаже здесь располагались лавки купцов Дейтера, Колпакова, Низовского, фарфоровых, стеклянных и бумажной фабрик. Однако ввиду протестов купцов Гостиного двора, обратившихся к Николаю I с петицией о защите их от конкуренции, в 1836 году поступил высочайший приказ о передаче здания Дирекции императорских театров.

После изменения фасада (аркады были заложены, арки превращены в оконные ниши) и интерьеров, произведенного по проекту архитектора А. Кавоса, туда въехало Санкт-Петербургское Императорское театральное училище (ныне Академия Русского балета имени Вагановой).

Отредактировано Saga (2017-10-11 03:19:41)

+4

650

Мне очень нравится Оля Моргулец в танце. Наверняка с помощью мамы, грамотно делится своей балетной жизнью в сети, - и это правильно. Но мне ценно, что приметила я её не даже по первому фильму (это всё потом), а на концерте в КДС. Очень желаю ей не растерять эту любовь к танцу, трудолюбие, и доброжелательность.

0

651

Saga написал(а):

Академию балета Вагановой ждет реставрация почти за 100 млн рублей

Вот ещё один серьёзный экзамен для Николая Максимовича. Представляю, как потирают ручки недоброжелатели. Всё это строительство, реконструкция, реставрация (всё, что начинается на "ре" и кончается на "ция" http://www.kolobok.us/smiles/madhouse/wacko2.gif), сметы, подрядчики и субподрядчики - легче вспомнить математический анализ. Желаю уважаемому Николаю Максимовичу не отстраниться, всё держать в своих руках, терпения, сил и здоровья.

+1

652

Leo Petit http://www.kolobok.us/smiles/standart/thank_you.gif

Концерт учащихся АРБ в Эрмитажем театре 03.10.17







Хорошие ребята!

Прелестно http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/give_heart.gif особенно юный кавалер и одна из юных дам (которая была в Синей Птице).

Малыши, у которых брали интервью.  http://www.kolobok.us/smiles/standart/smile3.gif

Отредактировано Saga (2017-10-11 03:26:04)

+2

653

Спасибо, уважаемая Saga!

0

654

Ректор Академии Русского балета им.Вагановой Н.Цискаридзе: "Иногда мне кажется, что мир сходит с ума"

Свернутый текст

         Ректор Академии Русского балета имени Вагановой Николай Цискаридзе возглавит в рамках VI Санкт-Петербургского международного культурного форума 2017 года секцию "Балет и танец". В интервью "Интерфаксу" Н.Цискаридзе рассказал о мероприятиях секции, предстоящих "Русских сезонах" в Италии и проблемах образования, а также поделился своими мыслями о последних скандалах в российской культуре.

            - Николай Максимович, вы традиционно возглавляете секцию Культурного форума "Балет и танец". Расскажите о мероприятиях этого года.
            - 16 ноября в Эрмитаже состоится торжественная церемония награждения, где мы будем отмечать заслуги и наших педагогов, и педагогов Консерватории, и педагогов Академии художеств. Мы также приглашали московские вузы, но они решили в этот раз чествоваться на своей территории. Заключительная часть - выступление воспитанников Академии в честь педагогов. Это важный момент, потому что всегда для людей очень приятно, когда лишний раз говорят о каких-то их победах и достоинствах. Во-вторых, это очень полезно для самих учебных заведений, потому что в нынешней системе, абсолютно, с моей точки зрения, глупой и неразумной, надо все время подтверждать свою значимость, а я не знаю, куда больше значимости, чем Академия Русского балета Санкт-Петербурга, Петербургская консерватория или Академия художеств. Но получается, что бумажки важнее. Профессионалам всегда нужно говорить "спасибо", это немножко скрашивает рабочие будни и "тяжелую петербургскую осень".
            К тому же будет чествование нашего выдающегося педагога, которому в этом году исполнилось бы 110 лет, Александра Ивановича Пушкина. Открытый урок его памяти пройдет в Академии 18 ноября в рамках научно-практической конференции, посвященной сохранению традиций, а также юбилею Мариуса Петипа. Александр Иванович был действительно удивительный человек, который выпустил большую плеяду не последних танцовщиков в мире. Мой педагог Петр Антонович Пестов был среди учеников его первого выпуска, это было как раз во время войны, когда школа была в городе Молотов (Пермь) в эвакуации. Последним, кажется, был Михаил Барышников, до этого - Рудольф Нуреев, и много премьеров Мариинского театра. Поэтому это такой знаковый педагог для нашей школы и вообще для методики развития мужского классического танца. Мы будем его вспоминать, будет давать мастер-класс один из его выпускников Геннадий Альберт, который является директором Театра Эйфмана, главным репетитором труппы и ассистентом Бориса Яковлевича. Это полезно с профессиональной точки зрения для нынешних педагогов и студентов, а также для того, чтобы и сегодня имя Пушкина было на слуху.

            - В чем важность таких наград для педагогов и сферы образования?
            - Людям желательно чаще говорить "спасибо". В последнее время очень сложно стало получать звания для педагогов. Огромное количество препятствий, документов. Если честно, все что касается получения званий и наград, почему-то превратилось в издевательство. Есть педагоги, которые работают очень много лет и несут тяжелую ответственность, но их работа не так видна, потому что они работают с маленькими детьми. Как правило, их никогда не упоминают ни в программках, нигде, только если в интервью человек, который стал звездой, вспомнит имя своего первого педагога. Я считаю, что это очень несправедливо, потому что это очень тяжелый и скрупулезный труд, и он должен быть не менее почитаемым, чем труд тех педагогов, которые выпускают учеников. Вот моя идея была в том, чтобы одинаково награждались те, кто работает и в младших классах, и в средних, и в старших. Меня в этом очень поддержали Семен Михайловский и Алексей Васильев, ректоры Академии художеств и Консерватории. Действительно, есть очень много хороших педагогов, которым нужно лишний раз сказать со сцены "спасибо", вручить грамоту, награду.

            - Насколько классическое балетное образование отвечает требованиям современного балета?
            - Вы понимаете, это абсолютная ересь - сравнивать китайский и японский язык. Конечно, и там и там используются иероглифы, где-то у них общий корень. Но это разные языки, и не один специалист по китайскому вам не сможет прочитать японский текст, и наоборот. То же самое сравнивать классический балет с современным, и все те лжеметодисты, которые пытаются сегодня все это объединить - я все время привожу один и тот же пример: это все равно, что поесть салат с огурцами и выпить кефир. Эффект будет плачевный. Есть виды искусства, профессии разные, в которых ничего с эволюцией никогда не изменится, потому что есть закон природы, и природа по-другому жить не хочет. У связки есть лимит, у сердца есть лимит, у мышцы есть лимит, у человеческого скелета и организма тоже есть лимит. Кто бы что ни придумывал, ни писал какие-то диссертации, ничего не изменить.
            Я читал очень много книг о работе актера. Есть книга Станиславского, а остальные все - ее вариации. То же самое в классическом балете: есть книга Вагановой "Основы классического танца", все остальное, что есть в мире, это вариации этой книги. Ваганова бы никогда ее не написала, если бы советское государство не потребовало бы от нее программу. Она просто описала весь процесс обучения в школе, и это стало Библией классического балета на все времена. Поэтому все эти модернизаторы просто вырабатывают воздух и портят бумагу, но каждый раз находятся ряженые от искусства, от образования, которые кричат, что все надо модернизировать. С водой мы выплескиваем ребенка...
            Я повторял это миллиард раз и повторю еще: ничего в мире не ценится так, как творческое образование. Ни один диплом, выданный на территории России, не является легитимным в мире, кроме дипломов артистов балета, музыкантов, певцов, художников. Диплом никто не смотрит, все слышат название учебного заведения, которое ты окончил, и это является пропуском на "аудишн", ты будешь принят на работу. Все остальные учебные заведения с нами соревноваться не могут. Есть реалии в этом мире: классический репертуар родила Россия и возвела его в тот ранг, на котором держится весь мир. Это то, что касается классического балета. Все остальное - нам, конечно, далеко до мира и всегда будет далеко. Это не наша культура: ни мюзикл, ни модерн. Но нельзя портить то, что мы имеем. На самом деле, продается лучше всего классический балет. Как когда-то сказал Джордж Баланчин, любой балет, если он будет называться "Лебединым озером" будет обречен на успех. Ничего нет лучше для зрителя, чем балерина в белой пачке.

            - Какие дети сейчас приходят поступать в Академию? Их уровень стал выше или ниже?
            - Такие же, как всегда. К нам приезжают дети со всей страны, но больных стало очень много. Второй тур в Академии всегда был медицинский, потому что балетом могут заниматься исключительно здоровые дети. На этом туре отсеивается очень много детей по медицинским показаниям, поступающие не соответствуют нормам. Это и проблемы опорно-двигательного аппарата, и сердечно-сосудистые заболевания, у очень многих нервные тики. Это все последствия 90-х годов, особенностей климатических изменений, отсутствие пеленания, неправильных родов, плохого ухода в послеродовом периоде.

            - "Русские сезоны" в прошлом году прошли в Японии, в этом году они будут в Италии. Расскажите о том, что показали в Японии и собираетесь представить в Италии.
            - Были мастер-классы наших педагогов и выступления воспитанников Академии в разных городах. Дело в том, что с Японией у нас не один год отношений, а вечность. Это непрерывающийся процесс, так как в области балета эти страны давно навели мосты и живут слишком сплоченно. Что касается Италии, это тоже очень давние связи, начинающиеся с XIX века, и сегодня они не прекращаются.
            Балет зародился в Италии и во Франции, а наивысшей точки он достиг в России. Он никогда бы не достиг этой точки, если бы французские и итальянские представители на протяжении всего XIX века здесь не служили. А потом так получилось, что благодаря Революции, 100-летие которой мы в этом году отмечаем, все это вернулось к ним обратно в Европу. И после распада Советского Союза уже настолько туда перехлынуло, что во всех европейских театрах теперь доминирует русский репертуар в искаженном виде.
            В следующем году в феврале мы планируем мастер-классы во Флоренции, гала-концерты в Неаполе, Венеции и еще нескольких городах. Италия без нас и мы без Италии все равно не существуем. Все, что связано с оперой, - наши в Италию стремятся, все, что касается балета - весь мир стремится к нам. Поэтому мы здесь в очень выигрышном положении.

            - В этом году на Культурном форуме вы организуете круглый стол "Балет и кинематограф". Будет ли там обсуждаться фильм "Матильда" Алексея Учителя?
            - В этом году у нас в стране такой огромный всплеск интереса к Матильде Кшесинской, выдающейся выпускнице нашей школы, личности, оставившей в искусстве очень большой след. Вот так и совпали интересы наши и кинематографические. Мы решили сделать большой круглый стол, пригласив кинематографистов. В этом году, на удивление, было несколько фильмов, снятых на тему балета. После "Черного лебедя" российские кинематографисты сильно заинтересовались этой темой. Мы устраиваем круглый стол, куда приглашаем выдающихся деятелей балетного искусства и кинематографа.
            Но, понимаете, глупость, которая несется с экранов телевизоров и со страниц газет в отношении исторических имен России, перешла всякие границы. Я вчера случайно слышал в гостях, как произносили какие-то речи на эту тему, у меня было ощущение, что я смотрю дурно поставленный фильм, фильм абсурда. Мне все время кажется, что это не происходит на самом деле, что этого не может быть. Я хочу, чтобы все обменялись мнениями, хотя, к сожалению, фильма "Матильда" еще пока никто и не видел. Алексей Учитель предложил нам сделать показ в школе, в нашем театре, именно там, где Матильда Кшесинская впервые встретилась с Николаем II, чтобы, наверно, всем показать, что этот исторический факт был, это все существовало, все было вот здесь. Есть люди, которые по-своему видят историю и хотят ее как-то преподнести. Понимаете, я иногда слушаю, что люди говорят, и у меня ощущение, что мир сходит с ума.

            - Вы не смотрели "Матильду"?
            - Нет, я не ходил смотреть. Я общался с Алексеем Учителем в тот момент, когда он только готовился к съемкам, я ему делал экскурсию по школе, показывал документы, все, что у нас сохранилось, но они не снимали в школе, потому что сегодня наши интерьеры очень сильно отличаются от тех, в которых училась Матильда. Мы им не подошли, у нас нет печек, везде паровое отопление.

            - Но вам интересно посмотреть фильм?
            - Я его посмотрю, но я не могу сказать, что мне очень интересно, потому как мне не столько интересно смотреть сам фильм, сколько интересно, чем же закончится все это. Если находятся люди, которые сжигают машины, это просто смешно. Мне кажется, конфликт выеденного яйца не стоит. Когда я в детстве читал "Гулливера", я никак не мог понять, как можно воевать из-за того, с какой стороны нужно разбивать яйцо, до меня не доходило, что это абсурд, но оказывается, что это вечная тема.

            - Элеонора Севенард, выпускница Академии Вагановой, утверждает, что она родственница Матильды Кшесинской...
            - Что значит утверждает? Она родственница. Я интересуюсь историей балета, историей царского двора, я многое читал, и то, что семья Севенард имеет прямое отношение к семье Кшесинских, это точно, это все известно, ничего в этом нет тайного. Иосиф Кшесинский был братом Матильды и Юлии, он остался в советской России, скончался во время блокады Ленинграда. На удивление в свое время не тронули ни его, никого из его родных, позволили французу Севенарду жениться на его наследнице. Тот самый старший Севенард был одним из выдающихся инженеров в нашей стране, построил огромное количество электростанций и тайных заводов. И вместо того, чтобы сейчас об этих людях вспомнить с пиететом, благодарностью, полилась какая-то грязь.
           
- Как вы оцениваете талант Элеоноры?
            - Я очень люблю эту девочку. Считаю, что это одна из самых выдающихся выпускниц школы за последние 20-30 лет. Равных ей выпускников выходило очень мало, именно по уровню дарования. Другое дело, когда ребенок выходит из школы и переходит в театр, он обнуляет свои успехи, там он начинает с нуля. И как сложится Элина жизнь в театре, зависит от нее и многих обстоятельств, которые ее окружают. Но на момент выхода из школы я могу констатировать, что это одна из самых ярких, красивых и талантливых выпускниц школы. За нее мне не стыдно ни одну секунду.
            С ней я приготовил много ролей, которые она станцевала за два последних года в Академии, это не одна сольная партия. Она в прошлом году выступала на сценах Мариинского театра, Большого театра, "Опера де Пари", миланского "ЛаСкала", лондонского "Колизея" - и везде в главных ролях. Мне есть чем гордиться за нее, и порой очень обидно, что многие недобросовестные журналисты пишут ересь. Они бы потрудились, дошли до улицы Зодчего Росси, 2, попросились бы к нам в кабинет истории отечественной хореографии и посмотрели бы элементарно документы, чтобы понять взаимосвязь Элеоноры с теми Кшесинскими, а не писать ерунду и не оскорблять людей.
           
- Еще один скандальный проект, связанный с балетом, это спектакль "Нуреев" Серебренникова...
            - Это не скандальный проект, это проект просто абсолютно раздутый, скандал тут ни при чем. Я вообще не понимаю идеи постановки балета о Нурееве в Большом театре. Если бы ставили в Мариинском театре, это было бы логично. С какой стороны и кому вообще пришла эта идея в голову? Почему в Большом? Человек не имел к этому театру никакого отношения! Хотел там работать, но его туда не взяли. И он как-то потом к этому театру прохладно относился, потому что его туда не пригласили.

            - История с переносом спектакля, по вашему мнению, связана с преследованием Кирилла Серебренникова?
            - В прошлом году в театральном мире был большой диспут вокруг "Золотой маски", и Александр Колягин вывесил на сайте СТД (Союз театральных деятелей - ИФ) письмо. Он давал ответ всей театральной общественности о том, что происходит. Там настолько правильно были описаны определенные вещи! О том, например, что мы должны все вспомнить, что артисты должны быть по эту сторону рампы, критики находиться по ту сторону рампы, зрители должны заходить с этой стороны, и что нужно вспомнить, кто есть кто. Потому что когда начинаются угрозы, что мы вам испортим жизнь и сделаем то-то и то-то, люди забывают о главном, что в театре надо заниматься творчеством и искусством. Есть правоохранительные органы, которые должны вынести вердикт.
            В нашей жизни часто бывает, что люди совершают ошибку по незнанию. Но дело в том, что везде в мире на первом уроке во всех юридических вузах говорят, что незнание закона не освобождает от ответственности. До того, как я стал ректором, закончил юридическую академию, и я прекрасно себе давал отчет, что теперь я несу ответственность за все. Если, не дай Бог, кто-то падает на лестнице, виноват тоже я. Не понимать этого я не имею права. Под моим управлением в интернате живет около 250 детей, и я несу ответственность за всех. Очень часто меня обвиняют в жесткости, что я позже 22 часов никого не выпускаю из школы. Да потому, что я несу ответственность за них!
            Когда человек берет на себя ответственность и говорит, что он не очень понимал, а на его имя было зарегистрировано пять компаний, это очень удивительно. Соглашаясь на такого рода работу, надо прекрасно понимать, на какое количество "но" ты идешь. Как-то у нас загорелась проводка в здании, я работал всего лишь полгода, и ремонт делался не при мне. Загорелась китайская лампочка, ремонтом занималось предыдущее руководство, но по факту виноват я. Пожарные обязали меня сменить все лампы, не соответствующие нормам безопасности. Поэтому ты должен давать себе отчет в том, что ты делаешь. Руководителем быть совсем нелегко, я этого никому не пожелаю, это ответственность колоссальная, тем более, когда ты работаешь в Петербурге, в здании, охраняемом не только государством, но и ЮНЕСКО. Здесь больше "нельзя", чем "можно".

            - Удается ли вам совмещать ректорство с преподаванием?
            - В прошлом году я вынужден был взять класс, это был выпускной класс, и я вел все репетиции. Я уже пятый год ректор, и все репетиции и прогоны проходят с моим участием. Если в прошлом году мне пришлось взять класс, так сложились обстоятельства, то в этом году меня убедили снова взять класс - предвыпускной. Это очень непросто, так как я ежедневно привязан к детям и урокам, и совмещать нелегко. Мало того, как ректор я должен был получать разрешение Министерства культуры на совмещение, его мне дали, поэтому я сейчас работаю профессором на кафедре классического танца.
            Педагогом быть гораздо легче, нежели ректором.

            - Какие реставрационные планы у Академии?
            - В этом году мы вводим - я надеюсь, это случится в ноябре во время Форума - здание на улице Правды. Это старинное общежитие Академии, которое 20 лет было закрыто, и вот благодаря Министерству культуры и Северо-Западной дирекции все это заканчивается. Я очень рад, с каким рвением включилась в эту работу Наталья Волынская, возглавившая дирекцию. Благодаря вводу этого здания мы прибавляем больше 100 мест для проживания. Сейчас у нас всего 45 иностранцев только по одной причине: у нас нет мест для их расселения, а так мы сможем принять на 120 человек больше. Это очень важно для Академии. Надеюсь, таким образом, в следующем году мы увеличим прием иностранцев, и от этого прибавятся средства у страны и Академии, еще больше повысится престиж вуза.
            Внутри у нас тоже много идет разных реставрационных работ. В Академии очень много площадей, и некоторые до сих пор находятся в состоянии послереволюционном. Вот как Революция 100 лет назад прошла, так эти помещения с тех пор никто не трогал. С одной стороны, это очень интересно, потому что ты оказываешься в "машине времени". С другой - не очень приятно, что такое еще существует в современном мире.

            - В прошлом году был юбилей проректора академии Жанны Аюповой. Это событие как-то отмечалось?
            - Мы сделали ей сюрприз: подготовили книгу о ней. Жанна абсолютно не знала об этом. Мы долго от нее скрывали, подарили книгу на выпускном балу в июне. Собираемся представить ее в Эрмитаже 16 ноября в рамках Форума, на который приедут и те, кто писал свои эссе в эту книгу, в том числе известный балетный критик и фотограф Нина Аловерт из Америки и первый партнер Жанны - Александр Лунев.
            Такой момент важный для понимания: очень много хороших артистов уходит в небытие. Как-то мой педагог Галина Сергеевна Уланова сказала очень трагическую фразу: "от архитекторов остаются здания, от писателей - книги, от художников - картины, а от артистов не остается ничего". Это очень грустно. Вот такие книги - это единственное свидетельство того, что был путь, очень достойный, очень красивый, и хочется, чтобы об этом пути осталась большая память.
            Книга не будет продаваться. Мы будем ее дарить педагогам и воспитанникам

+6

655

Как здорово.

+3

656

Спасибо за интервью, уважаемая Saga.
Всегда интересно узнать, чем занят сейчас НМЦ. Повезло ребятам, которые попали в его класс. Если он за год облагородил, как сформулировал В. Ким, мальчиков предыдущего выпуска, то нынешним достанется больше внимания.
Как я рада, что мое ощущение обо всей этой истории со спектаклем "Нуреев" Серебренникова созвучно мнению мэтра: «Это не скандальный проект, это проект просто абсолютно раздутый, скандал тут ни при чем. Я вообще не понимаю идеи постановки балета о Нурееве в Большом театре».
Мои близкие и друзья, зная о моей увлеченности балетом, не раз спрашивали, что я думаю о сути конфликта. А мне претит это чрезмерное поклонение артисту, много сделавшему для западного, а не русского балета. Ведь в БТ служили такие легенды, как Семенова, например. С богатой самыми разными – и драматическими и забавными - событиями биографией, еще живы люди, которые работали с ней и могут много рассказать. Я привожу только один пример. И такие артисты, уж явно не менее талантливые, чем Нуриев, но не совершившие в жизни только одного –побега из своей страны, получается, не заслуживают внимания и памяти? Получается, что так думает руководство БТ, а также и другие деятели культуры, ставящие о нем спектакли и т.п.
Что касается привлечения к постановке такой фигуры, как Серебренников, - тоже непонятно. Ну не назовешь же удачей его работу с «Героем н.в.»? Я очень люблю это произведение, но балет даже в минимальной степени не передает его поэзии, атмосферы. Так, формальное следование некоторым сюжетам. Мне кажется, что вновь был некоторый расчет на скандальный интерес, который этот режиссер вызывает. Но это совершенно недопустимо для БТ, это, все-таки, академический театр.

+4

657

Leo Petit

Концерт учащихся АРБ в Эрмитажем театре 03.10.17



Отредактировано Saga (2017-10-11 03:25:15)

+2

658

Vaganova Ballet Academy. Acting Skills еxam, class and work of the teacher Alexandr Stepin. May 2017.

ballet flowers

+3

659

А это интервью, почему-то, пропустили..

Один день с Цискаридзе: "Что такое "кнут и пряник" русского балета".

http://s9.uploads.ru/tO60V.png

С.-ПЕТЕРБУРГ, 9 окт — РИА Новости
Академия русского балета имени Вагановой отметила первый выход на сцену своих первоклассников концертом в Эрмитажном театре.

Кровь, пот и станок: один день из жизни балерины Большого театра.
В чем заключается искусство балета, что нужно усвоить будущим звездам сцены и их родителям и зачем бриться педагогу, РИА Новости рассказал народный артист России, ректор академии, руководитель секции "Балет и танец" на VI Санкт-Петербургском международном культурном форуме (пройдет 16-18 ноября 2017 года) Николай Цискаридзе.
Учитель и ученик
В зале Эрмитажного театра приглушен свет. Репетиция перед выступлением на празднике первоклассников "Первый выход на сцену" под руководством Цискаридзе в самом разгаре.
"В музыку вступаем с улыбкой! Не как дочка фельдфебеля, а как дочь генерала!" — командует наставник, наблюдая за пируэтами воспитанниц. Маэстро в прекрасной форме и работает вместе с учениками, показывая сложные элементы танцев.

"Я никогда не хотел быть педагогом. Но мои способности к этому заметили рано, преподавать начал в 20 лет. Сначала заменял своего педагога в школе, потом в театре, затем стал вести класс каждый день 11 сезонов без остановки, потом репетировал с молодыми артистами. Придя в академию, я не хотел брать класс, но получилось так, что педагог был вынужден взять отпуск по семейным обстоятельствам. Пришлось взять класс, чтобы не увеличивать штат", — говорит Цискаридзе.
На этом преподавание в академии не ограничилось. Лавры народного артиста — не повод расслабляться в работе наставника.
"Я сын педагога, пример мамы всегда перед глазами. Она три дня в неделю проводила в парикмахерской. Я спрашивал, не надоело ли, а мама отвечала, что не имеет право плохо выглядеть, на нее смотрят дети. Вот я, к примеру, ненавижу бриться. В Большом театре брился лишь перед выходом на сцену. Но теперь по утрам каждый раз себя уговариваю и объясняю, что не имею права выйти небритым к ученикам", — улыбается мастер.

На сцене репетируют юноши. Поначалу кажется, что с ними Цискаридзе общается более сурово, чем с воспитанницами. "Выражения лиц, будто вы не из-за кулис, а из морга вышли", — комментирует он начало выступления. Вскоре достается и девушкам. Мэтр может по-отцовски пожурить, а может и на несколько секунд превратиться в громогласного деспота: "Такая профессия, вы ее сами выбрали".
"Бывает, что некоторые обижаются, другие понимают, что их ругают любя. В этой профессии кнут — большой пряник. Когда нет "кнута", ты не участвуешь в конкурсах и просмотрах, на тебя не обращают внимания, ты не нужен. "Кнут" — показатель того, что тобой интересуются. Как только такое требовательное отношение заканчивается, можешь собирать манатки", — говорит артист.
"Маша, ты мечта! Мягкая ножка, ты любишь балет!" — Цискаридзе сдержанно отмечает успехи воспитанницы, только что выполнившей сложную партию. Глаза девушки сияют.
"В нашей профессии нужно учиться всегда. Я, будучи педагогом, всегда остаюсь учеником. Постоянно наблюдаю, что делается в мире, в театре. Что-то я не приемлю, а что-то стараюсь внедрить в свою работу. Когда в академию приходят дети, сразу видно, из какой "детской" кто вышел. В балете надо приучить свой организм к сложностям. Модернизации в этой профессии не будет. Так, как сегодня, мы будем учить всегда", — говорит Цискаридзе.
"Борьба с самим собой"
Репетиция окончена, партер заполняется зрителями, родителями первоклассников, у которых сегодня — посвящение в ученики старейшей школы русского балета в России. Их приветствует директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский.
"Именно здесь, в Эрмитажном театре, начинался русский балет, благодаря усилиям преподавателей и их воспитанников", — напоминает Пиотровский. "Для нас важно, чтобы воспитанники делали первые шаги в доме Романовых, тех, кто это начал, — подхватывает Цискаридзе и добавляет, обращаясь к родителям, — в вашей жизни началось нелегкое время, и я желаю вам найти верный путь для своего ребенка".
Когда на сцену торжественно выходят пары первоклашек, ректор академии говорит им, что искусство балета — "это борьба с самим собой". "Чтобы стать большим художником на сцене, человек должен знать, чего он хочет, и уметь этого добиться", — напутствует наставник.
Родители снимают праздник на видео — для семейных архивов. Но именно родительские амбиции часто мешают успехам детей, уверен Цискаридзе. "Быть в этой профессии лишь для того, чтобы порадовать своих родных, — это страшно. В прошлом году произошел случай с не слишком одаренной выпускницей, которую мы едва дотянули до конца обучения. После выпускного концерта, где девушка танцевала в кордебалете, ее бабушка пришла к нам скандалить, потому что внучке не дали отдельный поклон. Ее только это и интересовало!" — рассказывает ректор.
"Все хотят, чтобы их дочь стала Анной Павловой. Но в мире сейчас — торжество пиара над разумом, причем это касается не только балета. Наше искусство элитарно, оно не для всех и требует больших способностей. В этом деле очень мешают амбиции родителей, но это же было и триста лет назад. Сегодняшнюю ситуацию можно увидеть и в дневниках директора императорских театров Теляковского: после успеха "Русских сезонов", когда артисты получили всемирную известность, в академию повалило огромное количество мамаш с детьми — с протекцией.
Слова Евгения Шварца, написанные для "Золушки", что никакие связи не помогут ножке стать маленькой, душе — большой, а сердцу — миролюбивым, как нельзя точно относятся к балету. "Часто приходится уговаривать родителей: ну нет у ребенка способностей, а те отвечают — мы вам докажем, что есть! И не понимают, что борются не со мной, не с педагогами, а с собственным ребенком. Необходимо прислушиваться к своим учителям", — говорит Цискаридзе.
После вручения ученических билетов дети хором произносят клятву верности избранной профессии. На сцену выходит модельер Татьяна Котегова. Она дарит академии роскошное платье, которое создала для звезды балета Майи Плесецкой. Новоиспеченные воспитанники покидают сцену. Под музыку Чайковского начинается концерт воспитанников Вагановской академии.
Лучшие из них выступят и на VI Санкт-Петербургском международном культурном форуме 16 ноября с сюитой "Фея кукол", а ректор академии возглавит секцию "Балет и танец".
"Скоро в России будет широко отмечаться празднование дня рождения величайшего балетмейстера Мариуса Петипа, поэтому мы решили сделать одним из центральных событий работы секции конференцию по сохранению наследия и подготовке к юбилею великого хореографа и педагога. Ключевым событием также будет круглый стол "Балет и кинематограф". Фильмы о балете сняли режиссеры Тодоровский и Учитель. На круглом столе, посвященном теме балета в кино, мы хотим обсудить, какие цели должны преследовать художники и имеет ли право общество проявлять себя так, как, например, относительно нашумевшего фильма про Матильду Кшесинскую", — рассказывает Цискаридзе.
"Очень важно, что эта тема будет обсуждаться именно в Северной столице, — говорит он. — При всей своей красоте и количестве дворцов Петербург известен тем, что именно здесь родился русский классический балет".

РИА Новости https://ria.ru/culture/20171009/1506473078.html

+1

660

Выпускница 2017 г.  А. Коршунова, принятая в МТ, перешла в Татарский театр оперы и балета

Из инсты Ссылка

красноречиво

Ну вот и все! Привет, новая жизнь, я так ждала этой встречи)
Я точно знаю, что не бывает плохих людей, не бывает плохих театров... Есть просто не твои люди, и есть не твой театр ... Кому-то родной и самый любимый, но не твой. И это нормально, так бывает. Не важен бренд, status, важно лишь одно - хорошо ли именно тебе в этом месте. Про уровень... Знаете, уровень театра - это не сам театр, и не его громкое имя. Уровень - это его артисты, их мастерство, talant, желание работать, желание идти на работу. Это мудрые руководители, талантливые педагоги. Они есть везде, главное найти своего. А для этого просто нужно найти СВОЙ театр, и я его нашла. Там говорят с тобой с большим уважением, хоть ты пока совсем не имеешь опыта и имени. Там хорошо. Там легко дышится. Там радуются успехам артистов, а когда они вырастают и хотят развиваться дальше, их отпускают без обид, и провожают в добрый путь, как своих детей. Я чувствую - там мой дом. @kazan_opera за такую ​​возможность. Я знаю, что не будет просто, простого творческого пути вообще не бывает. Но я счастлива, наконец, и хочу разделить с вами это счастье! Спасибо всем, кто верит в меня и поддерживает мое решение, понимает его))!

http://sa.uploads.ru/t/jb60p.jpg

Отредактировано Saga (2017-10-19 17:37:42)

0